Hogweed.org Энциклопедия, которую может прополоть каждый

Ст. 0009 Ред. 1848 Опасность: фототоксичный

Фурокумарины

Из Hogweed.org, энциклопедии, находящейся в общем достоянии

Содержание
  1. Строение
  2. У борщевика
  3. Биосинтез
  4. Фотохимия
  5. Медицина
  6. Экология и эволюция
  7. См. также
  8. Примечания

Эта статья о классе растительных соединений. Об ожоге, который они вызывают, см. Фитофотодерматит.

Фурокумарины, или фуранокумарины, — класс растительных соединений, состоящих из фуранового кольца, конденсированного с кумарином. Они безвредны в темноте. На ультрафиолетовом свету они связываются с ДНК, и на коже, соприкасавшейся с ними, результатом становится ожог — фитофотодерматит. Именно из-за них опасен гигантский борщевик.1

Фурокумарины производят главным образом четыре неродственных между собой семейства растений: зонтичные (Apiaceae), цитрусовые (Rutaceae), бобовые (Fabaceae) и тутовые, к которым относится инжир (Moraceae).2 По меньшей мере некоторые из них изобрели эти соединения независимо друг от друга. Растения используют их как защиту от насекомых и грибков, а насекомые ответили собственными ферментами — в коэволюционной гонке вооружений, которую изучают уже полвека.3 Люди применяют их около 4000 лет для лечения кожных болезней солнечным светом,4 а также неосознанно сталкиваются с ними в грейпфрутовом соке, где они нарушают действие более чем 85 лекарств.5

Строение

Рис. 1 C₁₁H₆O₃ · псорален · линейный
Четыре фурокумарина борщевиков, изображённые символами. Отмечены две связи, вступающие в реакцию с ДНК на ультрафиолетовом свету; включите УФ-A, чтобы их увидеть. Псорален и его метокси-производные линейны и способны связывать две цепи; ангелицин изогнут и связывает одну.

Молекула фурокумарина состоит из трёх колец, выстроенных в один ряд: бензольного кольца, пиронового кольца (вместе образующих кумарин) и пятичленного фуранового кольца. Форму определяет то, в каком месте присоединён фуран.3

  • У линейных фурокумаринов фуран конденсирован в положениях 6 и 7 кумарина, и молекула прямая. Родоначальное соединение — псорален; его наиболее известные производные — бергаптен (5-метоксипсорален, 5-МОП) и ксантотоксин (8-метоксипсорален, 8-МОП, метоксален).
  • У угловых фурокумаринов фуран конденсирован в положениях 7 и 8, и молекула изогнута. Родоначальное соединение — ангелицин; к его производным относятся изобергаптен, сфондин и пимпинеллин.

Используются две системы нумерации. В традиционной бергаптен — это 5-метоксипсорален; в систематическом названии конденсированной кольцевой системы тот же атом углерода получает номер 4. Эта путаница обычна для литературы.63 Оценки числа известных природных фурокумаринов колеблются от более чем пятидесяти до свыше двухсот, в зависимости от того, кто считает.72

Фурокумарины гигантских борщевиков
СоединениеКлассФормула
Псорален
фикусин		линейныйC11H6O3
Бергаптен
5-МОП, гераклин		линейныйC12H8O4
Ксантотоксин
8-МОП, метоксален		линейныйC12H8O4
Изопимпинеллин
5,8-диметоксипсорален		линейныйC13H10O5
Императорин
аммидин		линейныйC16H14O4
Ангелицин
изопсорален		угловойC11H6O3
Изобергаптен
5-метоксиангелицин		угловойC12H8O4
Сфондин
6-метоксиангелицин		угловойC12H8O4
Пимпинеллин
5,6-диметоксиангелицин		угловойC13H10O5

У борщевика

Каждый гигантский борщевик производит оба вида. Уже в 1976 году в сообщении о пяти людях, обожжённых гигантским борщевиком в ясный день, отмечалось, что он и ещё 28 видов Heracleum дают линейные фурокумарины;1 с тех пор их обнаружили более чем у ста видов рода в целом.8

Количества велики. У борщевика Сосновского, собранного в июле 2021 года, четыре фурокумарина вместе составляли от 3,5 до 14,4 мг на грамм свежей ткани, в зависимости от органа и популяции. Богаче всего были цветки из Московской области — 7,5 мг ксантотоксина на грамм, а репродуктивные органы в целом содержали больше, чем листья.8 В листьях гигантского борщевика в Словакии содержание ангелицина возрастало примерно с 5,7 мг на грамм сухой массы в апреле до 10–12 мг в июне и июле.9 Более раннее исследование гигантского борщевика обнаружило больше всего фурокумаринов в плодах, меньше в листьях и меньше всего в стебле.10 Жаркая погода повышает дозу: два дня при 35 °C увеличивали содержание ксантотоксина в листьях борщевика Сосновского примерно на 80 %.11

Борщевики нарушают одно из правил этой химии. Угловые фурокумарины долгое время считались второстепенными соединениями, обычно составляющими менее десятой части от общего количества у растения.3 У обоих гигантских борщевиков ангелицин часто оказывается самым обильным отдельным компонентом: в листьях гигантского борщевика и в кожуре плодов борщевика Сосновского, где он же служит основным средством, которым семя подавляет рост других растений.912

Эти соединения не ждут, пока их высвободят. У борщевика Сосновского их находят в живых волосках стебля и листа, а также в виде кристаллов на поверхности волосков и других клеток, откуда их подбирает малейшее прикосновение.13 У родственного H. persicum, изученного под именем H. laciniatum, корни более старых растений были сильно фототоксичны, даже будучи выкопаны из мёрзлой земли в декабре.14

Мелкий же местный H. sibiricum, напротив, содержит лишь следы ангелицина: у него нет работающей копии гена для первого этапа углового пути.8

Биосинтез

Рис. 2 Биосинтез

Две ветви из одного предшественника. От того, к какому атому умбеллиферона присоединяется пренильная группа, зависит, синтезирует ли растение линейные или угловые соединения.

Фурокумарины строятся из аминокислоты фенилаланина через умбеллиферон, простой кумарин.3 Решающий шаг — присоединение к умбеллиферону пятиуглеродной пренильной группы, которое выполняют пренилтрансферазы пластиды. Присоединение по атому углерода 6 ведёт к линейным соединениям, по атому углерода 8 — к угловым.1516

На линейной ветви пренилированный промежуточный продукт замыкается в (+)-мармезин, от которого псорален-синтаза одним шагом отсекает боковую цепь, высвобождая её в виде ацетона.17 Затем псорален гидроксилируется и метилируется до бергаптена и ксантотоксина.18 На угловой ветви ангелицин-синтаза превращает (+)-колумбианетин в ангелицин той же реакцией.19 У гигантского борщевика этот этап был прослежен в живых листьях.20 Ферменты, синтезирующие угловые производные сфондин и пимпинеллин, по состоянию на 2019 год выделены не были.7

Помимо умбеллиферона, растению нужно всего три фермента, чтобы синтезировать псорален, — это может объяснять, почему путь возникал в эволюции несколько раз.2 Продукт опасен для собственного создателя: псорален инактивирует один из ферментов самого растения на раннем этапе пути. Рута и петрушка, которые тоже производят фурокумарины, несут варианты этого фермента, которые труднее вывести из строя.21

Геном борщевика Сосновского, секвенированный в 2023 году, содержит 55 106 генов — против обычных для растений 25 000–35 000. Этот избыток возникает не из-за удвоения всего генома, а из-за многократного дублирования отдельных генов.22 Геном несёт гены-кандидаты для каждого этапа пути биосинтеза фурокумаринов, причём некоторые — в двух-трёх копиях.8

Фотохимия

Рис. 3 Межцепочечная сшивка

Как линейный фурокумарин сшивает цепи ДНК. Угловой останавливается на второй панели.

В темноте фурокумарин не делает ничего. Будучи плоской, его молекула проскальзывает между уложенными друг на друга парами оснований ДНК. Поглотив фотон УФ-A, она реагирует, через своё возбуждённое триплетное состояние, с соседним тимином, образуя четырёхчленное кольцо между одной из своих двойных связей и связью тимина.23 Реакция быстрая: у одного детально изученного псоралена она завершается примерно за 50 микросекунд.24

Линейная молекула, связавшаяся своим фурановым концом, способна поглотить второй фотон и связаться своим пироновым концом с тимином на противоположной цепи, соединив тем самым обе цепи спирали.2523 Такие межцепочечные сшивки блокируют копирование ДНК. Предпочтительное место — тимин, за которым следует аденин, 5′-TpA, а участки, где A и T чередуются, — горячие точки.2627

Угловые фурокумарины связываются один раз и на этом останавливаются: их изогнутая форма не допускает второй связи, и они образуют только моноаддукты.28 Влиятельный обзор 1983 года утверждал, что угловые соединения вообще не способны связываться с ДНК.3 Фотохимические работы показали, что способны, хотя и только один раз,28 а кожные пробы тех же лет подтвердили, что ангелицин, сфондин и пимпинеллин фототоксичны.29 Фурокумарины также порождают на свету активный кислород, повреждающий мембраны; насколько велик его вклад в ожог, остаётся спорным.3031

Значение имеют длины волн в диапазоне УФ-A. Для фурокумаринов борщевика кожная реакция достигает пика на 330–335 нм, в диапазоне УФ-A.32 Повреждение проявляется через 24–72 часа, а затем следует потемнение кожи.33 Среди соединений, выделенных из H. persicum, самым фототоксичным оказался бергаптен.32

Медицина

Фотохимиотерапия

Более 3500 лет назад целители в Египте и Индии лечили участки потерянного цвета кожи семенами Ammi majus и Psoralea corylifolia, принимаемыми внутрь с последующим пребыванием на солнце.3435 В 1948 году А. М. Эль-Мофти в Египте сообщил о лечении витилиго очищенным ксантотоксином и солнечным светом.35 В 1974 году группа исследователей из Гарварда давала метоксален внутрь с последующим облучением длинноволновым ультрафиолетом пациентам с тяжёлым псориазом; у 21 пациента болезнь исчезла полностью. Метод назвали фотохимиотерапией, и он стал известен как ПУВА — псорален плюс УФ-A.36

ПУВА применяли у тысяч пациентов при псориазе, кожной лимфоме и более чем шестнадцати других кожных заболеваниях, и на её основе возник экстракорпоральный фотоферез, при котором клетки крови обрабатывают вне организма.434

Рак

Повреждение, которое очищает кожу, вызывает и рак. Метоксален в сочетании с УФ-A классифицирован Международным агентством по изучению рака (МАИР) как канцероген для человека (Группа 1); 5-метоксипсорален, вероятно, канцерогенен (Группа 2A); ангелицин с УФ-A, не образующий сшивок, классификации не поддаётся (Группа 3).37 В американской когорте из 1380 больных псориазом, впервые пролеченных в 1975–1976 годах, у четверти развились плоскоклеточные карциномы кожи, всего 2973 случая, и риск резко возрастал с числом процедур.38 Риск меланомы возрастал примерно через пятнадцать лет после первой процедуры, особенно у пациентов, получивших 250 процедур и более.39

Грейпфрут

Грейпфрутовый эффект был обнаружен случайно. В 1989 году в исследовании алкоголя и препарата от давления фелодипина, в котором давали алкоголь, содержавшийся в грейпфрутовом соке, в крови обнаружили гораздо больше фелодипина, чем ожидалось.40 С грейпфрутовым соком фелодипин достигал крови в концентрации 284 % от уровня, достигаемого с водой; апельсиновый сок такого эффекта не давал.41

Причина — два фурокумарина грейпфрута, бергамоттин и 6′,7′-дигидроксибергамоттин. Они разрушают фермент CYP3A4 в стенке кишечника, который иначе разрушил бы часть каждой дозы, прежде чем она попадёт в кровь.4243 Фермент не отключается, а именно разрушается; кишечнику приходится синтезировать его заново.44 Грейпфрутовый сок, из которого удалили фурокумарины, вообще не влиял на фелодипин.45 Более 85 лекарств, как известно или предполагается, взаимодействуют с грейпфрутом.5

Экология и эволюция

Защита

Фурокумарины защищают производящие их растения. В 1978 году Мэй Беренбаум показала, что ксантотоксин токсичен для гусеницы, питающейся многими видами растений, и менее токсичен без ультрафиолета, тогда как его предшественник умбеллиферон безвреден. Она назвала превращение растением одного в другое биосинтетическим бегством.46 Эти соединения также вырабатываются в ответ на атаку грибов, выступая фитоалексинами.47 У защиты есть цена: у дикого пастернака индуцированная химическая защита обходится растению фотосинтезом и ростом.48

Гонка вооружений

Специалисты не отстали. Чёрный парусник, Papilio polyxenes, бабочка семейства зонтичных-хозяев, почти не страдает от ксантотоксина, но ангелицин снижает его рост и плодовитость. В 1981 году Беренбаум и Пол Фини предположили, что угловые соединения, встречающиеся лишь у немногих продвинутых групп семейства, представляют собой следующий шаг — эскалацию в коэволюционной гонке вооружений.49 Фермент парусника, расщепляющий фурокумарины, CYP6B1, включается ксантотоксином в его пище,50 а позже обнаружилось, что он расщепляет и ангелицин.51

Пастернаковая моль, питающаяся только пастернаком и борщевиками, поддерживает работу своих детоксицирующих ферментов даже при нехватке белка — за счёт собственного роста.52 У дикого пастернака устойчивость к моли наследуется, но генетические ограничения сдерживают ответ растения и удерживают обоих в том, что авторы назвали эволюционным патом.53 Когда в XIX веке моль достигла Северной Америки, тамошний пастернак, выросший без неё, стал токсичнее.54 Огнёвка питается и гигантским борщевиком; в Нидерландах бабочки, выращенные на нём, оказались мельче тех, что выращивали на местном борщевике обыкновенном.55

Несколько изобретений

Инжир производит фурокумарины с помощью ферментов, не родственных ферментам зонтичных. Его первый специализированный фермент произошёл от иного предка, а его мармезин-синтаза — недавнее изобретение собственной линии. Судя по всему, этот путь возникал независимо несколько раз.256 Внутри же семейства зонтичных угловые соединения, по-видимому, появились позже линейных.16

См. также

Footnotes

  1. Camm, E.; Buck, H. W. L.; Mitchell, J. C. (1976). “Phytophotodermatitis from Heracleum mantegazzianum”. Contact Dermatitis. 2 (2): 68–72. doi:10.1111/j.1600-0536.1976.tb02987.x. ↩ ↩2

  2. Munakata, R.; Kitajima, S.; Nuttens, A.; et al. (2020). “Convergent evolution of the UbiA prenyltransferase family underlies the independent acquisition of furanocoumarins in plants”. New Phytologist. 225 (5): 2166–2182. doi:10.1111/nph.16277. ↩ ↩2 ↩3 ↩4

  3. Berenbaum, M. (1983). “Coumarins and caterpillars: a case for coevolution”. Evolution. 37 (1): 163–179. doi:10.1111/j.1558-5646.1983.tb05524.x. ↩ ↩2 ↩3 ↩4 ↩5 ↩6

  4. Pathak, M. A.; Fitzpatrick, T. B. (1992). “The evolution of photochemotherapy with psoralens and UVA (PUVA): 2000 BC to 1992 AD”. Journal of Photochemistry and Photobiology B. 14 (1–2): 3–22. doi:10.1016/1011-1344(92)85080-E. ↩ ↩2

  5. Bailey, D. G.; Dresser, G.; Arnold, J. M. O. (2013). “Grapefruit–medication interactions: forbidden fruit or avoidable consequences?”. CMAJ. 185 (4): 309–316. doi:10.1503/cmaj.120951. ↩ ↩2

  6. PubChem. Compound records for psoralen (CID 6199), bergapten (CID 2355) and xanthotoxin (CID 4114). National Center for Biotechnology Information. Retrieved 26 September 2026. ↩

  7. Bruni, R.; Barreca, D.; Protti, M.; et al. (2019). “Botanical sources, chemistry, analysis, and biological activity of furanocoumarins of pharmaceutical interest”. Molecules. 24 (11): 2163. doi:10.3390/molecules24112163. ↩ ↩2

  8. Shtratnikova, V. Yu.; Bogdanov, V. P.; Schelkunov, M. I.; et al. (2025). “Furanocoumarins in two European species of Heracleum: transcriptomic and metabolomic study”. BMC Plant Biology. 25: 1091. doi:10.1186/s12870-025-07042-3. ↩ ↩2 ↩3 ↩4

  9. Gruľová, D.; Baranová, B.; Eliašová, A.; et al. (2024). “Does the invasive Heracleum mantegazzianum influence other species by allelopathy?”. Plants. 13 (10): 1333. doi:10.3390/plants13101333. ↩ ↩2

  10. Pira, E.; Romano, C.; Sulotto, F.; Pavan, I.; Monaco, E. (1989). “Heracleum mantegazzianum growth phases and furocoumarin content”. Contact Dermatitis. 21 (5): 300–303. doi:10.1111/j.1600-0536.1989.tb04747.x. ↩

  11. Rysiak, A.; Dresler, S.; Hanaka, A.; et al. (2021). “High temperature alters secondary metabolites and photosynthetic efficiency in Heracleum sosnowskyi”. International Journal of Molecular Sciences. 22 (9): 4756. doi:10.3390/ijms22094756. ↩

  12. Mishyna, M.; Laman, N.; Prokhorov, V.; Fujii, Y. (2015). “Angelicin as the principal allelochemical in Heracleum sosnowskyi fruit”. Natural Product Communications. 10 (5): 767–770. doi:10.1177/1934578X1501000517. ↩

  13. Weryszko-Chmielewska, E.; Chwil, M. (2017). “Localisation of furanocoumarins in the tissues and on the surface of shoots of Heracleum sosnowskyi”. Botany. 95 (11): 1057–1070. doi:10.1139/cjb-2017-0043. ↩

  14. Kavli, G.; Volden, G.; Midelfart, K.; Krokan, H.; Prytz, J. O.; Haugsbø, S. (1983). “In vivo and in vitro phototoxicity of different parts of Heracleum laciniatum”. Contact Dermatitis. 9 (4): 269–273. doi:10.1111/j.1600-0536.1983.tb04388.x. ↩

  15. Karamat, F.; Olry, A.; Munakata, R.; et al. (2014). “A coumarin-specific prenyltransferase catalyzes the crucial biosynthetic reaction for furanocoumarin formation in parsley”. The Plant Journal. 77 (4): 627–638. doi:10.1111/tpj.12409. ↩

  16. Munakata, R.; Olry, A.; Karamat, F.; et al. (2016). “Molecular evolution of parsnip (Pastinaca sativa) membrane-bound prenyltransferases for linear and/or angular furanocoumarin biosynthesis”. New Phytologist. 211 (1): 332–344. doi:10.1111/nph.13899. ↩ ↩2

  17. Larbat, R.; Kellner, S.; Specker, S.; et al. (2007). “Molecular cloning and functional characterization of psoralen synthase, the first committed monooxygenase of furanocoumarin biosynthesis”. Journal of Biological Chemistry. 282 (1): 542–554. doi:10.1074/jbc.M604762200. ↩

  18. Krieger, C.; Roselli, S.; Kellner-Thielmann, S.; et al. (2018). “The CYP71AZ P450 subfamily: a driving factor for the diversification of coumarin biosynthesis in apiaceous plants”. Frontiers in Plant Science. 9: 820. doi:10.3389/fpls.2018.00820. ↩

  19. Larbat, R.; Hehn, A.; Hans, J.; et al. (2009). “Isolation and functional characterization of CYP71AJ4 encoding for the first P450 monooxygenase of angular furanocoumarin biosynthesis”. Journal of Biological Chemistry. 284 (8): 4776–4785. doi:10.1074/jbc.M807351200. ↩

  20. Stanjek, V.; Boland, W. (1998). “Biosynthesis of angular furanocoumarins: mechanism and stereochemistry of the oxidative dealkylation of columbianetin to angelicin in Heracleum mantegazzianum (Apiaceae)”. Helvetica Chimica Acta. 81 (9): 1596–1607. doi:10.1002/(SICI)1522-2675(19980909)81:9<1596::AID-HLCA1596>3.0.CO;2-F. ↩

  21. Gravot, A.; Larbat, R.; Hehn, A.; et al. (2004). “Cinnamic acid 4-hydroxylase mechanism-based inactivation by psoralen derivatives: cloning and characterization of a C4H from a psoralen producing plant, Ruta graveolens, exhibiting low sensitivity to psoralen inactivation”. Archives of Biochemistry and Biophysics. 422 (1): 71–80. doi:10.1016/j.abb.2003.12.013. ↩

  22. Schelkunov, M. I.; Shtratnikova, V. Yu.; Klepikova, A. V.; et al. (2024). “The genome of the toxic invasive species Heracleum sosnowskyi carries an increased number of genes despite absence of recent whole-genome duplications”. The Plant Journal. 117 (2): 449–463. doi:10.1111/tpj.16500. ↩

  23. Diekmann, J.; Theves, I.; Thom, K. A.; Gilch, P. (2020). “Tracing the photoaddition of pharmaceutical psoralens to DNA”. Molecules. 25 (22): 5242. doi:10.3390/molecules25225242. ↩ ↩2

  24. Diekmann, J.; Gontcharov, J.; Fröbel, S.; et al. (2019). “The photoaddition of a psoralen to DNA proceeds via the triplet state”. Journal of the American Chemical Society. 141 (34): 13643–13653. doi:10.1021/jacs.9b06521. ↩

  25. Dall’Acqua, F.; Marciani, S.; Ciavatta, L.; Rodighiero, G. (1971). “Formation of inter-strand cross-linkings in the photoreactions between furocoumarins and DNA”. Zeitschrift für Naturforschung B. 26 (6): 561–569. doi:10.1515/znb-1971-0613. ↩

  26. Sage, E.; Moustacchi, E. (1987). “Sequence context effects on 8-methoxypsoralen photobinding to defined DNA fragments”. Biochemistry. 26 (12): 3307–3314. doi:10.1021/bi00386a010. ↩

  27. Boyer, V.; Moustacchi, E.; Sage, E. (1988). “Sequence specificity in photoreaction of various psoralen derivatives with DNA: role in biological activity”. Biochemistry. 27 (8): 3011–3018. doi:10.1021/bi00408a052. ↩

  28. Dall’Acqua, F.; Vedaldi, D.; Caffieri, S.; et al. (1984). “Chemical basis of the photosensitizing activity of angelicins”. National Cancer Institute Monographs. 66: 55–60. PMID 6531039. ↩ ↩2

  29. Kavli, G.; Midelfart, K.; Raa, J.; Volden, G. (1983). “Phototoxicity from furocoumarins (psoralens) of Heracleum laciniatum in a patient with vitiligo: action spectrum studies on bergapten, pimpinellin, angelicin and sphondin”. Contact Dermatitis. 9 (5): 364–366. doi:10.1111/j.1600-0536.1983.tb04429.x. ↩

  30. Pathak, M. A.; Joshi, P. C. (1984). “Production of active oxygen species (¹O₂ and O₂•⁻) by psoralens and ultraviolet radiation (320–400 nm)”. Biochimica et Biophysica Acta. 798 (1): 115–126. doi:10.1016/0304-4165(84)90018-7. ↩

  31. Sage, E.; Le Doan, T.; Boyer, V.; et al. (1989). “Oxidative DNA damage photo-induced by 3-carbethoxypsoralen and other furocoumarins”. Journal of Molecular Biology. 209 (2): 297–314. doi:10.1016/0022-2836(89)90278-7. ↩

  32. Kavli, G.; Raa, J.; Johnson, B. E.; Volden, G.; Haugsbø, S. (1983). “Furocoumarins of Heracleum laciniatum: isolation, phototoxicity, absorption and action spectra studies”. Contact Dermatitis. 9 (4): 257–262. doi:10.1111/j.1600-0536.1983.tb04386.x. ↩ ↩2

  33. Kavli, G.; Volden, G. (1984). “Phytophotodermatitis”. Photodermatology. 1 (2): 65–75. PMID 6397734. ↩

  34. Hönigsmann, H. (2013). “History of phototherapy in dermatology”. Photochemical & Photobiological Sciences. 12 (1): 16–21. doi:10.1039/c2pp25120e. ↩ ↩2

  35. Hamblin, M. R.; Abrahamse, H. (2020). “Oxygen-independent antimicrobial photoinactivation: type III photochemical mechanism?”. Antibiotics. 9 (2): 53. doi:10.3390/antibiotics9020053. ↩ ↩2

  36. Parrish, J. A.; Fitzpatrick, T. B.; Tanenbaum, L.; Pathak, M. A. (1974). “Photochemotherapy of psoriasis with oral methoxsalen and longwave ultraviolet light”. New England Journal of Medicine. 291 (23): 1207–1211. doi:10.1056/NEJM197412052912301. ↩

  37. International Agency for Research on Cancer. “Agents classified by the IARC Monographs”. Retrieved 26 September 2026. ↩

  38. Stern, R. S.; PUVA Follow-Up Study (2012). “The risk of squamous cell and basal cell cancer associated with psoralen and ultraviolet A therapy: a 30-year prospective study”. Journal of the American Academy of Dermatology. 66 (4): 553–562. doi:10.1016/j.jaad.2011.04.004. ↩

  39. Stern, R. S.; Nichols, K. T.; Väkevä, L. H. (1997). “Malignant melanoma in patients treated for psoriasis with methoxsalen (psoralen) and ultraviolet A radiation (PUVA)”. New England Journal of Medicine. 336 (15): 1041–1045. doi:10.1056/NEJM199704103361501. ↩

  40. Bailey, D. G.; Spence, J. D.; Edgar, B.; Bayliff, C. D.; Arnold, J. M. (1989). “Ethanol enhances the hemodynamic effects of felodipine”. Clinical and Investigative Medicine. 12 (6): 357–362. PMID 2612087. ↩

  41. Bailey, D. G.; Spence, J. D.; Munoz, C.; Arnold, J. M. O. (1991). “Interaction of citrus juices with felodipine and nifedipine”. The Lancet. 337 (8736): 268–269. doi:10.1016/0140-6736(91)90872-M. ↩

  42. He, K.; Iyer, K. R.; Hayes, R. N.; et al. (1998). “Inactivation of cytochrome P450 3A4 by bergamottin, a component of grapefruit juice”. Chemical Research in Toxicology. 11 (4): 252–259. doi:10.1021/tx970192k. ↩

  43. Schmiedlin-Ren, P.; Edwards, D. J.; Fitzsimmons, M. E.; et al. (1997). “Mechanisms of enhanced oral availability of CYP3A4 substrates by grapefruit constituents”. Drug Metabolism and Disposition. 25 (11): 1228–1233. PMID 9351897. ↩

  44. Lown, K. S.; Bailey, D. G.; Fontana, R. J.; et al. (1997). “Grapefruit juice increases felodipine oral availability in humans by decreasing intestinal CYP3A protein expression”. Journal of Clinical Investigation. 99 (10): 2545–2553. doi:10.1172/JCI119439. ↩

  45. Paine, M. F.; Widmer, W. W.; Hart, H. L.; et al. (2006). “A furanocoumarin-free grapefruit juice establishes furanocoumarins as the mediators of the grapefruit juice–felodipine interaction”. American Journal of Clinical Nutrition. 83 (5): 1097–1105. doi:10.1093/ajcn/83.5.1097. ↩

  46. Berenbaum, M. (1978). “Toxicity of a furanocoumarin to armyworms: a case of biosynthetic escape from insect herbivores”. Science. 201 (4355): 532–534. doi:10.1126/science.201.4355.532. ↩

  47. Tietjen, K. G.; Hunkler, D.; Matern, U. (1983). “Differential response of cultured parsley cells to elicitors from two non-pathogenic strains of fungi. 1. Identification of induced products as coumarin derivatives”. European Journal of Biochemistry. 131 (2): 401–407. doi:10.1111/j.1432-1033.1983.tb07277.x. ↩

  48. Zangerl, A. R.; Arntz, A. M.; Berenbaum, M. R. (1997). “Physiological price of an induced chemical defense: photosynthesis, respiration, biosynthesis, and growth”. Oecologia. 109 (3): 433–441. doi:10.1007/s004420050103. ↩

  49. Berenbaum, M.; Feeny, P. (1981). “Toxicity of angular furanocoumarins to swallowtail butterflies: escalation in a coevolutionary arms race?”. Science. 212 (4497): 927–929. doi:10.1126/science.212.4497.927. ↩

  50. Cohen, M. B.; Schuler, M. A.; Berenbaum, M. R. (1992). “A host-inducible cytochrome P-450 from a host-specific caterpillar: molecular cloning and evolution”. Proceedings of the National Academy of Sciences. 89 (22): 10920–10924. doi:10.1073/pnas.89.22.10920. ↩

  51. Wen, Z.; Pan, L.; Berenbaum, M. R.; Schuler, M. A. (2003). “Metabolism of linear and angular furanocoumarins by Papilio polyxenes CYP6B1 co-expressed with NADPH cytochrome P450 reductase”. Insect Biochemistry and Molecular Biology. 33 (9): 937–947. doi:10.1016/S0965-1748(03)00100-0. ↩

  52. Berenbaum, M. R.; Zangerl, A. R. (1994). “Costs of inducible defense: protein limitation, growth, and detoxification in parsnip webworms”. Ecology. 75 (8): 2311–2317. doi:10.2307/1940886. ↩

  53. Berenbaum, M. R.; Zangerl, A. R.; Nitao, J. K. (1986). “Constraints on chemical coevolution: wild parsnips and the parsnip webworm”. Evolution. 40 (6): 1215–1228. doi:10.1111/j.1558-5646.1986.tb05746.x. ↩

  54. Zangerl, A. R.; Berenbaum, M. R. (2005). “Increase in toxicity of an invasive weed after reassociation with its coevolved herbivore”. Proceedings of the National Academy of Sciences. 102 (43): 15529–15532. doi:10.1073/pnas.0507805102. ↩

  55. Harvey, J. A.; Ode, P. J.; Gols, R. (2020). “Population- and species-based variation of webworm–parasitoid interactions in hogweeds (Heracleum spp.) in the Netherlands”. Environmental Entomology. 49 (4): 924–930. doi:10.1093/ee/nvaa052. ↩

  56. Villard, C.; Munakata, R.; Kitajima, S.; et al. (2021). “A new P450 involved in the furanocoumarin pathway underlies a recent case of convergent evolution”. New Phytologist. 231 (5): 1923–1939. doi:10.1111/nph.17458. ↩

Эта статья — перевод английской статьи, редакция 1848.

Категории

Просмотр вики-текста страницы «Фурокумарины»

Редактирование приостановлено на время сезона обсеменения. Вы можете просмотреть и скопировать вики-текст этой страницы.

На других языках

Hogweed.org находится в общем достоянии на 17 языках. Каждое издание переведено с английского.

English Furanocoumarin
Deutsch Furocumarine
Français Furocoumarine
Español Furanocumarina
Italiano Furanocumarina
Português Furanocumarina
Polski Furanokumaryna
Nederlands Furanocoumarine
Română Furanocumarine
Ελληνικά Φουρανοκουμαρίνη
Čeština Furanokumarin
Svenska Furanokumarin
Magyar Furanokumarin
Dansk Furanocumarin
Suomi Furanokumariini
Norsk bokmål Furanokumarin
Русский Фурокумарины